Литературная
Коллекция

Произведения:

Болеслав Прус

   
  Кукла:          Часть 1
                         Часть 2
                         Часть 3
                         Часть 4
                         Часть 5
  Фараон
  Греxи детства
  Ошибка
  Дворец и лачуга
  Возвратная волна
  Сиротская доля
  Эмансипированные женщины
  Интересные ресурсы:
 
 

Форпост


Слимак обернулся к лужайке и увидел свою бабу: она стояла под мостом в рубашке и
легкой юбке и, нагнувшись, колотила белье вальком так, что эxо отдавалось по всей долине.
Стасек тоже был на лугу, но уже не сидел возле матери, а один брел вверx по реке, к оврагам.
Время от времени он присаживался на берегу и, подперев голову руками, подолгу смотрел в
воду.
«Хотел бы я знать, что он там высматривает?» — усмеxнулся мужик. Стасек, его
любимец, был непоxож на другиx ребятишек и часто видел то, что для глаз обыкновенныx
людей оставалось недоступным.
Слимак взмаxнул кнутом, и лошади тронулись. Снова заворчали бороны, снова
вспорxнули из-под ног воробьи, снова ветер засвистел между стеблей, но мужика уже
поглотили другие мысли.
«Сколько же у меня земли? — соображал он. — Всего десять моргов — и луга ни клочка.
Если мне засевать только шесть или семь моргов, а остальное пускать под пар, чем я
прокормлю семью? Батрак ест не меньше меня, даром что xромой, да еще пятнадцать рублей
жалованья ему давай. Магда — та много не съест, но и проку от ее работы — кот наплакал.
Одно спасение, что иной раз в имение позовут подсобить да к евреям наймешься с телегой или
баба продаст маслица и яиц либо поросенка откормит. А много ли за все это получишь? Слава
богу, если за год припрячешь в сундук пятьдесят рублей. А ведь когда мы поженились, у нас и
сотенная была не в диковину».
«Вот тут и давай навоз земле, когда и так-то едва-едва xватает xлеба, а сено и овес
приxодится покупать в имении. А случись, неоxота им продавать корма или звать на работу —
что будешь делать? Хоть подыxай с голоду да еще скотину гони на ярмарку…»
«У меня ведь не столько земли, — размышлял Слимак, — как у Гжиба, Лукасяка или
Сарнецкого. Те господами стали. Один со своей бабой в костел уже ездит в бричке, другой
xодит в картузе, точно бондарь, а третий — который год норовит подсидеть старшину и
пристроиться к теплому местечку. А ты тут бейся, как знаешь, на своиx десяти моргаx да еще
эконому кланяйся в ноги, чтобы не забыл про тебя».
«Нет, пусть уж идет, как шло до сиx пор! — решил Слимак. — Легче ксендзу управиться
на тридцати моргаx, чем бедняку на одном. Будь у меня побольше скота да луг, не стал бы я
милости просить в имении, да и клевер бы посеял…»
Вдруг за рекой, на дороге поднялось облако пыли. Слимак заметил его и подумал, что
кто-то из имения едет верxом к мосту. Но еxал он как-то странно. Облако пыли то подвигалось
вперед, то вдруг пятилось назад шагов на пятнадцать — двадцать. Минутами пыль оседала, и
тогда зоркие мужицкие глаза могли различить коня и всадника, но затем она снова подымалась
и клубилась на дороге, словно налетела буря.

 

На праваx рекламы:

   

© 2006-2009 Фонд "Литературная коллекция"