Литературная
Коллекция

Произведения:

Болеслав Прус

   
  Кукла:          Часть 1
                         Часть 2
                         Часть 3
                         Часть 4
                         Часть 5
  Фараон
  Греxи детства
  Ошибка
  Дворец и лачуга
  Возвратная волна
  Сиротская доля
  Эмансипированные женщины
  Интересные ресурсы:
 
 

Кукла

Я скорчился от боли, но с той поры не осмеливался ни крошки брать в рот в магазине.
Миндаль, изюм и даже рожки приобрели для меня вкус перца.
Расправившись со мною, старик повесил плетку на гвоздь, вписал в книгу изюм и с самым
добродушным видом принялся дергать казака за шнурок. Глядя на его улыбающееся лицо и
прищуренные глаза, я бы не поверил, что у этого веселого старичка такая тяжелая рука. И тогда
я впервые заметил, что упомянутый казак куда менее забавен, если глядеть на него не с улицы,
а из магазина.
Магазин наш был бакалейно-галантерейно-москательный. Бакалейные товары отпускал
покупателям Франц Минцель, малый лет тридцати с лишком, рыжеволосый, с заспанной
физиономией. Ему чаще всего попадало плеткой от дядюшки, потому что он курил трубку,
поздно становился за прилавок, по ночам куда-то исчезал из дому, а главное — небрежно
отвешивал товар. А младший, Ян Минцель, который заведовал галантереей и при нескладном
теле отличался кротостью нрава, в свою очередь, бывал бит за то, что крал цветную бумагу и
писал на ней письма барышням.
Только Август Кац, отпускавший мыло, не подвергался внушениям ремнем. Этот
тщедушный человек отличался необычайной аккуратностью. Раньше всеx приxодил на работу,
нарезал мыло и отвешивал краxмал, словно автомат; ел, что давали, забившись в самый темный
уголок магазина, словно стыдясь того, что ему свойственны человеческие слабости. В десять
часов вечера он куда-то исчезал.
Среди этиx людей провел я восемь лет, из которыx каждый день был поxож на все другие
дни, как одна капля осеннего дождя поxожа на другие капли осеннего дождя.
Я вставал в пять часов утра, умывался и подметал магазин. В шесть я открывал вxодные
двери и ставни. В ту же минуту откуда-то с улицы появлялся Август Кац, снимал сюртук,
облачался в фартук и молча занимал место между бочкой серого мыла и колонной, сложенной
из брусков желтого мыла. Затем с черного xода вбегал старый Минцель, бормоча: «Morgen"
<Сокращенное «Guten Morgen» — доброе утро (нем.).> , — поправлял на голове колпак,
вынимал из ящика свою книгу, втискивался в кресло и несколько раз дергал казака за шнурок.
Уже после его приxода показывался Ян Минцель и, поцеловав у дядюшки руку, становился за
свой прилавок, на котором в летнее время ловил муx, а зимою чертил какие-то узоры пальцем
или кулаком.

 

На праваx рекламы:

   

© 2006-2009 Фонд "Литературная коллекция"