Наконец и Жецкий покидает зал, где уже начинаются следующие торги и собирается
новая публика. Пан Игнаций медленно спускается по лестнице, размышляя:
«Итак, дом купил Шлангбаум, и купил именно за девяносто тысяч, как предсказывал
Клейн. Ну, да ведь Шлангбаум — не Вокульский… Нет! Стаx такой глупости не сделает… И
насчет панны Изабеллы тоже все вздор, сплетни!»
