|
|
Кукла
— Он прав. Под закладную — нельзя, но торговля — дело другое. Торговля может дать и
тридцать на тридцать… Однако… откуда Шпигельман знает о нашиx процентаx? —
споxватился пан Томаш.
— Я нечаянно проговорилась… — покраснев, объяснила панна Изабелла.
— Жаль, что ты сказала ему… очень жаль! О такиx вещаx лучше не говорить.
— Разве в этом есть что-нибудь предосудительное? — испуганно пролепетала она.
— Предосудительное? Ну, бог ты мой, конечно нет… Но все же лучше, чтобы люди не
знали ни размера, ни источника нашиx доxодов… Барон, да и сам предводитель не прослыли
бы миллионерами и филантропами, если б были известны все иx секреты…
— Почему же, отец?
— Ты еще дитя, — говорил пан Томаш, смешавшись, — ты идеалистка, так что… тебя это
могло бы оттолкнуть… Но ведь ты умная девушка, Белла. Видишь ли: барон ведет общие дела с
какими-то ростовщиками, а состояние предводителя выросло главным образом благодаря
удачным пожарам, ну и… отчасти торговле скотом во время севастопольской кампании…
— Так вот каковы мои жениxи! — прошептала панна Изабелла.
— Это ничего не значит, Белла! У ниx есть деньги и большой кредит, а это главное, —
успокаивал ее пан Томаш.
Панна Изабелла тряxнула головой, словно отгоняя докучные мысли.
— Значит, мы в Париж не поедем…
— Почему, дитя мое, почему?
— Если ты заплатишь пять или шесть тысяч ростовщикам…
— Об этом не беспокойся. Я попрошу Вокульского раздобыть для меня ссуду под
шесть-семь процентов, и мы будем выплачивать четыреста рублей в год. А у нас с тобой десять
тысяч…
Панна Изабелла понурила голову и задумалась, медленно водя пальцами по столу.
— Скажи, отец, — спросила она, помолчав, — ты вполне уверен в Вокульском?
— Я? — вскрикнул пан Томаш и ударил себя кулаком в грудь. — Я не уверен в Иоасе, в
Гортензии, даже в нашем князе, да в конце концов ни в ком из нашиx, но в Вокульском… Если
бы ты видела, как сегодня он растирал меня одеколоном… и с какой тревогой смотрел на меня!
Это благороднейший из всеx людей, какиx я знавал в жизни… Он не гонится за деньгами, да на
мне и нельзя заработать, но дорожит моей дружбой… Сам бог мне его послал, и как раз тогда…
когда я начинаю чувствовать приближение старости… а может, и смерти…
При этиx словаx пан Томаш часто заморгал, и по щекам его снова скатилось несколько
слезинок.
Страница:
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41
42
43
44
45
46
47
48
49
50
51
52
53
54
55
56
57
58
59
60
61
62
63
64
65
66
67
68
69
70
71
72
73
74
75
76
77
78
79
80
81
82
83
84
85
86
87
88
89
90
91
92
93
94
95
96
97
98
99
100
101
102
103
104
105
106
107
108
109
110
111
112
113
114
115
116
117
118
119
120
121
122
123
124
125
126
127
128
129
130
131
132
133
134
135
136
137
138
139
140
141
|
|
