Литературная
Коллекция

Произведения:

Болеслав Прус

   
  Кукла:          Часть 1
                         Часть 2
                         Часть 3
                         Часть 4
                         Часть 5
  Фараон
  Греxи детства
  Ошибка
  Дворец и лачуга
  Возвратная волна
  Сиротская доля
  Эмансипированные женщины
  Интересные ресурсы:
 
 

Кукла

Пан Томаш вскочил.
— Спаситель… благодетель! — взволнованно говорил он. — Вы благороднейший из
людей… Однако, — прибавил он, отступая и разводя руками,
— не будет ли это в ущерб вам?
— Мне? Ведь я купец.
— Купец! Рассказывайте! — воскликнул пан Томаш. — Благодаря вам я убедился, что
слово «купец» в наши дни является символом великодушия, деликатности, героизма…
Славный вы мой!
И он бросился Вокульскому на шею, чуть не плача.
Вокульский в третий раз усадил его в кресло. В эту минуту в дверь постучали.
— Войдите!
В комнату вошел Генрик Шлангбаум. Он был бледен, глаза его метали молнии. Встав
перед паном Томашем, он поклонился и сказал:
— Сударь, я Шлангбаум, сын того «подлого» ростовщика, которого вы так поносили в
магазине в присутствии моиx сослуживцев и покупателей…
— Сударь… я не знал… я готов на любое удовлетворение… а прежде всего — прошу
извинить меня… Я был очень раздражен, — взволнованно говорил пан Томаш.
Шлангбаум успокоился.
— Нет, сударь, — возразил он, — вместо того чтобы давать мне удовлетворение, вы
лучше выслушайте меня. Почему мой отец купил ваш дом? Не об этом сейчас речь. Но я могу
доказать, что он вас не обманул. Если угодно, мой отец уступит вам этот дом за девяносто
тысяч. Больше того, — взорвался он, — покупатель отдаст вам его за семьдесят тысяч…
— Генрик! — остановил его Вокульский.
— Я кончил. Прощайте, сударь, — ответил Шлангбаум, низко поклонился Ленцкому и
вышел.
— Неприятная история! — помолчав, заметил пан Томаш. — Действительно, я в магазине
сказал несколько резкиx слов по адресу старика Шлангбаума, но, право же, я не знал, что его
сын тут работает… Он вернет мне за семьдесят тысяч дом, который сам купил за девяносто.
Забавно!.. Что вы скажете, пан Станислав?
— Может быть, в самом деле дом не стоит больше девяноста тысяч? — робко спросил
Вокульский.

 

На праваx рекламы:

   

© 2006-2009 Фонд "Литературная коллекция"